Автор Тема: ПОТУСТОРОННИЕ...  (Прочитано 39 раз)

Magicwoman

  • Администратор
  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 1060
    • E-mail
ПОТУСТОРОННИЕ...
« : 10 Июль 2017, 13:18:29 »
ВЕДОГОНИ — души, обитающие в телах людей и животных, и в то же время домовые гении, оберегающие родовое имущество и жилище.

Каждый человек имеет своего ведогоня; когда он спит, ведогонь выходит из тела и охраняет принадлежащее ему имущество от воров, а его самого от нападения других ведогоней и от волшебных чар.
Если ведогонь будет убит в драке, то человек или животное, которому он принадлежал, немедленно умирает во сне. Поэтому если случится воину умереть во сне, то рассказывают, будто ведогонь его дрался с ведогонями врагов и был убит ими.
У сербов — это души, которые своим полетом производят вихри.
У черногорцев — это души усопших, домовые гении, оберегающие жилье и имущество своих кровных родичей от нападения воров и чужеродных ведогоней.
«Вот, ты счастливый заснул, а твой Ведогонь вышел мышью, бродит по свету. И куда-куда не заходит, на какие горы, на какие звезды! Погуляет, всего наглядится, вернется к тебе. И ты встанешь утром счастливый после такого сна: сказочник сказку сложит, песенник песню споет. Это все Ведогонь тебе насказал и напел — и сказку и песню» (А.М. Ремизов. «К Морю-Океану»).

ВОДЯНОЙ (водяник, водовик, болотяник) — водяной, злобный дух, а потому всеми и повсюду причисляется к настоящим чертям.
Народ представляет водяного голым стариком, с большим одутловатым брюхом и опухшим лицом, что вполне соответствует его стихийному характеру. Вместе с этим, как все облачные духи, он — горький пьяница.
Водовики почти всегда женаты и имеют по многу детей; женятся они на водяных девах, утопленницах и тех несчастных девушках, которые были прокляты родителями и вследствие этого проклятия уведены нечистою силою в подводные селения.
Недоброжелательство водяного к людям выражается в том, что он неустанно сторожит за каждым человеком, являющимся, по разным надобностям, в его сырых и мокрых владениях.
Он уносит на безвозвратное жилье всех, кто вздумает летней порой купаться в реках и озерах после солнечного заката, или в самый полдень, или в самую полночь. Под водой он обращает свою добычу в кабальных рабочих, заставляет их переливать воду, таскать и перемывать песок и т.д.
Никогда не умирая, водяные, тем не менее, на переменах луны изменяются: на молодике они и сами молоды, на ущербе превращаются в стариков.
На юге представляются с человеческим туловищем, но с рыбьим хвостом вместо ног; водяные северных холодных лесов — чумазые и рогатые.
Водяной находится в непримиримо враждебных отношениях с дедушкой домовым, с которым, при случайных встречах, неукоснительно вступает в драку.
В том случае, когда водяной живет в болотах его называют также Болотняник.

ВОЛЧИЙ ПАСТЫРЬ — владыка бурных гроз, которому подвластны небесные волки, следующие за ним большими стаями и в дикой охоте заменяющие собою гончих псов.
По преданиям, волчий пастырь выезжает верхом на волке, имея в руках длинный бич, или шествует впереди многочисленной стаи волков и усмиряет их дубинкою. Он то показывается в виде старого деда, то сам превращается в волка, рыщет по лесам хищным зверем и нападает на деревенские стада.
Этот оборотень, останавливаясь под тенистым деревом, превращается из зверя в старца, собирает вокруг себя волков, кормит их и каждому назначает его добычу: одному волку приказывает зарезать корову, другому заесть овцу, свинью или жеребенка, третьему растерзать человека. Кого назначит он в жертву волку, тот, несмотря на все предосторожности, уже не избегнет своей судьбы.

ВОРОГУША (ворогуха, ворожея) — одна из сестер-лихорадок, она садится в виде белого ночного мотылька на губы сонного и приносит ему болезнь.
В Орловской губернии больного купают в отваре липового цвета.
Снятую с него рубаху больной должен ранним утром отнести к речке, бросить ее в воду и промолвить: «Матушка-ворогуша! на тебе рубашку, а ты от меня откачнись прочь!»
Затем больной возвращается домой молча и не оглядываясь.
«Вышла из бора старая Ворогуша, пошла с костылем по полю» (А.М. Ремизов. «Сказки»).

ВРИТРА — демон, похищающий на зиму дождевые облака.



КЛАДОВИК (кладовый) — дух, который охраняет зарытые в землю сокровища и ценности.
На севере его зовут «кладовым» и признают, что есть два сторожа: «лаюн», прозванный так за то, что обращается в собачку-лайку, при первом покушении на похищение клада; другой — «щекотун», оберегающий клад в виде белобокой птицы сороки-щекотухи.

КЛЕТНИК — так в Белоруссии называют хранителя домовых клетей и кладовых. Это одно из прозвищ домового-дворового, в котором ясно указывается пространство, в пределах которого чтится власть домового и приносятся ему жертвы.
Всем домовым-доможилам приданы в помощь домовые-дворовые. Их работа, в одних местах, не считается за самостоятельную, и все целиком приписывается одному «хозяину». В других же местах догадливо различают труды каждого домашнего духа в отдельности.

КОЛОВЕРТЫШ — помощник ведьмы.
«На крыше сидела серая сова — чертова птица, а у курьей ноги, у дверей, пригорюнясь, сидел Коловертыш: трусик не трусик, кургузый и пестрый, с обвислым, пустым, вялым зобом... Это зоб, туда он все собирает, что ведьма достанет: масло, сливки — и молоко, всю добычу. Наберет полон зоб и тащит за ведьмой, а дома все вынет из зоба, как из мешка, ведьма и ест: масло, сливки и молоко... — Из собаки сделала, мудрено меня сделала ведьма: ощенилась наша собака Шумка — Шумку волки съели! — взяла ведьма место — там, где щенята у Шумки лежали, пошептала, перетащила в избу в задний угол под печку, а через семь дней я на белый свет и вышел. Я — Коловертыш, вроде собачьего сына...» (А.М. Ремизов. «Сказки»).

КОРГОРУШИ (коловерши) — в восточнославянской мифологии помощники домового; видом похожи на кошек, чаще всего черной масти.
Согласно южнорусским поверьям, приносят своему хозяину припасы и деньги из других домов, воруя из-под носа нерадивого соседа-дворового. Из-за этого чаще всего и ссорятся дворовые.
Во время этих ссор коргоруши колобродят, бьют посуду, переворачивают в доме все вверх дном.

КРИКСЫ-ВАРАКСЫ — мифическое существо, олицетворение детского крика.
Если ребенок кричит, надо нести его в курник и, качая, приговаривать: «Криксы-вараксы! идите вы за крутые горы, за темные лесы от младенца такого-то».
Крикса — плакса. Варакса — пустомеля.
«Криксы-вараксы скакали из-за крутых гор, лезли к попу в огород, оттяпали хвост попову кобелю, затесались в малинник, там подпилили собачий хвост, играли с хвостом» (А.М. Ремизов. «Сказки»).

КУРЕНТ — бес.
Однажды человек-исполин и Курент поспорили между собой, кому из них обладать белым светом. Долго боролись они, изрыли ногами всю землю и сделали ее такою, какова она теперь: где прежде были широкие равнины, там появились высокие горы и глубокие пропасти. Ни тот, ни другой не осилил противника.
Тогда Курент взял виноградную лозу и стиснул так крепко, что из нее ударило вино; этим вином он упоил человека в то самое время, когда тот сидел на высокой горе за божьим столом.
Вскоре воротился Бог и увидел человека, дремлющего за столом; разгневался Бог и сбросил его сильною рукою с горы вниз, отчего много лет лежал он разбитый и полумертвый.
Когда человек оздоровел, сила его пропала: не мог он ни скакать через море, ни спускаться в глубь земли, ни восходить к небесному столу.
Так завладел Курент светом и человеком, и люди с той поры сделались слабы и малы.
В некоторых областях это — лукавый и веселый бес, который игрой своей на гуслях и дудке исцеляет болезни и заставляет всех плясать без отдыха.



ЛЕДАЩИЙ (лядащий) — дух соломы.
Как и многие духи славянской мифологии, зимой ледащий спит. Просыпается только с приходом весны. В летнее время бодрствует и ждет конца лета, чтобы забраться в свежую кучу соломы и уснуть.
Никто его никогда не видел. Иногда только в жаркий полдень зашуршит кто-то в соломе, и послышится чей-то вздох.
«Из прошлогодней соломы закурлыкал лядащий — бес соломин, притрушенный теплой соломой. И откликнулся луг, загудел, и весь берег защелкал и заохал, и зааукал, застрекотал лес стрекозою» (А.М. Ремизов. «К Морю-Океану»).

ЛЕСАВКИ — лесные духи, родственники лесовика, старики и старушки. Видом своим похожи на ежат. Также, как и лесовик, любят проказить и играть.
Большую часть времени лесавки спят — бодрствуют они очень короткий период времени: с конца лета до середины осени.
У олончан в их густых и непочатых лесах живут «лесные старики» или «отцы», которые сманивают в лес детей, но с какой целью держат их там и чем кормят — самые сведующие люди сказать не могут.
«Старички и старушки — Лесавки в прошлогодних листьях сидят, схватятся за руки, скачут по лесу, свистят на весь лес, без головы, без хвоста, скачут, вот как свистят» (А.М. Ремизов. «К Морю-Океану»).

ЛЕСНЫЕ ДУХИ — первоначально их представляли в следующем виде: косматые существа с козлиными ногами, бородой и рогами, напоминающие собой сатиров и фавнов античного мира.
Если они одеты, то в бараньи тулупы; тулупы эти не подпоясаны и свободно развеваются по ветру, как облачная мантия дикого охотника.
Позднее получили имена собственные.

ЛЕШИЙ (вольный, ляд, лес, праведный, лешак, лесовик, лесник, лисун, полисун, шатун, ворог, еле, дикинький мужичок, цмок, царек с золотыми рожками, лесовый царек, господарь над лесом) — лесная нечисть, полноправный и неограниченный хозяин леса: все звери и птицы находятся в его ведении и повинуются ему безответно.
Леший отличается от прочих духов особыми свойствами, присущими ему одному: если он идет лесом, то ростом равняется с самыми высокими деревьями.
В Киевской и Черниговской губерниях различали лисунов и полевиков; первых представляли великанами сероватого и пепельного цвета, о последних же рассказывали, что они равны с высотой хлеба, растущего в поле, и после жатвы умаляются и делаются такими крохотными, как стерня.
Как все грозовые духи, леший может принимать различные образы, и тем самым сближается с оборотнями. Чаще всего он является здоровенным мужиком, но и в этом человеческом образе сохраняет демонские признаки: на нем бараний полушубок, но как всегда бывает у нечистой силы — неподпоясанный и запахнутый левой полою на правую.
Носится леший по своим лесам, как угорелый, с чрезвычайной быстротой и всегда без шапки. Бровей и ресниц у него не видно, но можно ясно разглядеть, что он — карноухий (правого уха нет), что волосы на голове у него зачесаны налево.
Представляют его и одноглазым, что указывает на сродство его с великанами-циклопами.
Обладая способностью перевертываться, леший часто прикидывается прохожим человеком с котомкой за плечами. Если леший показывается голый, то легко заметить, как сходен он с общепринятым изображением черта: на голове у него рога, ноги козлиные, голова и вся нижняя половина тела мохнатые, в космах, борода козлиная — клином, на руках длинные когти.
В Белоруссии его называют лесным цмоком, который морит у хозяев скот, высасывает ночью у коров молоко и делает нивы неплодородными.
Во Владимирской губернии лешего называли дикиньким мужичком.
Близ Рязани верят, что в лесах обитают царьки с золотыми рожками.

Лешие не столько вредят людям, сколько проказят и шутят и, в этом случае, вполне уподобляются свои родичам-домовым. Проказят они грубо, как это и прилично неуклюжим лесным жителям, и шутят зло.
Самые обычные приемы проказ — завести человека в чащу в такое место, из которого никак не выбраться, либо напустить в глаза тумана, что совсем собьет с толку, и заблудившийся человек долго будет кружить по лесу.
Однако леший все-таки не ведет людей на прямую погибель. Людей леший карает за употребление непотребных слов и произнесение проклятий.

ЛИСТИН — старый слепой дух, предводитель лесавок, его жена и помощница — баба Листина.
Они не такие буйные и шустрые, как лесавки, сидят в куче листьев возле пня или в овраге и командуют — кому когда шелестеть.
Осенью сначала легкий шепоток слышится — это Листин с Листиной советуются и назначают лесавкам работу. А потом уже шелест да шум, хороводы опавшей листвы, знать, лесавки играются.
«Пройдет мимо дерева слепышка Листин, прошуршит листьями, не бойся: Листин не страшный. Листин только пугать любит» (А.М. Ремизов. «Сказки»).

ЛИХОРАДКА (лиходейка, лихо-манка, манья, кума, добруха, тетка, подруга, дитюха, трясця-не-всипуха, трясавица, трясея, тресучка, трясуница, потресуха, трясучка, грозница, Ледея, ледиха, озноба, знобея, забуха, студенка, подрожье, зимния, гнетея, гнетница, гнетуха, гнетучка, грынуша, грудница, глухея, глохня, ломея, ломеня, ломовая, костоломка, пухнея, пухлея, пухлая, дутиха, отекная, желтея, желтуха, желтуница, коркуша, корчея, скорчея, глядея, огнеястра, Невея, нава, навье, пляса-вица, сухота, сухея, зевота, яга, сонная, бледная, легкая, вешняя, листопадная, водяная, синяя, горячка, подтынница, навозница, веретенница, болотница, веснянка-подосенница) — привидение в виде злой и безобразной девы: чахлой, заморенной, чувствующей всегдашний голод, иногда даже слепой и безрукой;
«бесица, имеюща разжени очи, а руци железные, а власы верблюжия... в человеки злые пакости творити, и кости женские иэсушити, млека изсякнут, а младенца уморити, и очи человекам омрачити, составы расслабити» (старинный заговор).
Лихорадок — девять или двенадцать крылатых сестер; они обитают в мрачных подземельях ада. Одна из них — старшая — повелевает своими сестрами и посылает их на землю мучить людской род: «тело жечь и знобить, белы кости крушить».
Второго января Мороз или Зима выгоняет их, вместе с нечистою силою, из ада, и лихорадки ищут себе пристанища по теплым избам и нападают на «виноватых».
Поверье это условливается теми простудами и ознобами, которые так обыкновенны в холодную пору зимы. Лихорадки исчисляют свои названия и описывают те муки, которыми каждая из них терзает больного (см. выше: например, костоломка — «аки сильная буря древо ломить, также и она ломает кости и спину»; желтея или желтуха — эта «желтить человека, аки цвет в поле»).
Невея (мертвящая) — всем лихорадкам сестра старейшая. Чтобы избавиться от лихорадки можно носить на себе змеиного выползка (змееныша, выползшего из норы), не снимая его ни на ночь, ни в бане.
«И они чахлые и заморенные — Коровья смерть да Веснянка-Подосенница с сорока сестрами пробегают по селу, старухой в белом саване, кличут на голос. Много они натворили бед — съешь их волк!— то под тыном прикинется Подтынница, то на дворе пристигнет — Навозница, то соскочет с веретена да заскочит в пряху — Веретенница, то выскочит с болотной кочки — Болотница: им бы портить скотину, вынимать румянец из белого лица, вкладывать стрелы в спину, крючить на руках пальцы, трясьмя трясти тело» (А.М. Ремизов. «Сказки»).

ЛУГОВОЙ — дух лугов, маленький зеленый человечек в одежде из травы, помогает косить травы во время сенокоса.
Считается дитем полевика (полевого). Бегает по лугам и ловит птиц в пищу своему родителю.
Бывает очень сердитым, когда покос прозевают — гонит траву в буйный рост и так заплетает ее, что не срезать, не разорвать; а то и сушит траву на корню. Если же придут косари на такой покос — косы рвет.

ЛЯД (чемор, игрец, черный шут, лихновец, облом) — дьявол.

ЛЯДАЩИК — человек, над которым пролетел злой дух, — непременно сходит с ума.


Magicwoman

  • Администратор
  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 1060
    • E-mail
Re: ПОТУСТОРОННИЕ...
« Ответ #1 : 13 Июль 2017, 03:52:00 »
НИКОЛА (Микола) — название духа, позднее восшедшее к святому Николаю, который в народе считается покровителем всех тружеников.
У южных славян Никола — лесной дух.
«И сойдет Никола милостив и снесет железа и поставит от земли до небес и запрет тремя ключами позолоченными, и те ключи бросит в окиян-море; (в окиян-море) лежит камень-алатырь: тебе бы каменю не отлежаться, а вам ключам не выплывать по мое слово» (заклинание).

НОЧКИ (нички) — женские мифические существа, которые в ночное время, особенно по пятницам, стучат и шалят в избах; бабы боятся, чтобы они не выпряли весь лен, и прячут от них свои кудели.
Тождественны марухам.

НОЧНИЦЫ (криксы) — ночные демоны. Нападают в основном на новорожденных детей, до крещения.
Это неопределенного вида существа. Иногда представляются в виде женщин с длинными волосами в черной одежде. Ночницами становятся после смерти женщины-ведьмы, не имевшие детей.
«Из страха перед ночницами матери остерегаются после захода солнца оставлять на дворе пеленки, выходить из дома и выносить ребенка; не оставляют открытой и не качают пустую колыбель, применяют различные обереги колыбели (растения, иголку и т.п.); не купают детей и не стирают пеленок и белья в «ночной» (простоявшей ночь) воде» (С.М. Толстая).

О

ОБИЛУХА — дух, охраняющий семена и посевы, отвечает за количество и качество урожая.

ОВИННИК (Гуменник, Подовинник) — самый злой из домовых духов: его трудно ублажить-смирить, если он рассердится и в сердцах залютует. Глаза у него горят калеными угольями, как у кошки, а сам он похож на огромного кота, величиной с дворовую собаку, — весь черный и лохматый. Умеет лаять и хохочет не хуже лешего.
Сидеть под садилом в ямине указано ему для того, чтобы смотреть за порядками кладки снопов, наблюдать за временем и сроками, когда и как затоплять овин, не позволять делать это под большие праздники.
Разгневается, так закинет уголь между колосниками и даст всему овину заняться и сгореть.
Живет этот дух в овине; лохматый, а одна рука голая и подлинней другой. Голой рукой он наказывает, бросает нерадивым хозяевам жар в неубранные снопы.
Глаза у этого духа разноцветные, шуба наизнанку; в безветренную погоду он спит.
Мохнатую руку вытягивает редко, чтобы нагадать девушкам богатство. В заутреню светлого воскресенья девушка кладет руку в окно овина: если не притронется к руке дух — в девках ходить, голой рукой — за бедного замуж пойти, мохнатой рукой коснется овинник, знать, за богатого пойдет.

ОГУМЕННИК (гуменник) — дух, живущий на гумнах (гумно — место, где молотят, а также сарай для сжатого хлеба) и ригах; хотя и считается домовым духом, но очень злой: его трудно ублажить.
Рассердится — ни кресты по всем углам, ни молитвы, ни иконы не помогут — стереги тогда гумна с кочергой в руках 4 сентября на Агафона-огуменника. В иных местах, говорят, можно его задобрить, если принести пироги и петуха: петуху на пороге отрубают голову и кровью кропят по всем углам.
«Сходить на гумно и принести сноп соломы считалось одним из тягчайших наказаний, так как ночью на гумно не ходят из опасения попасть в лапы огуменника...» (Круглый год. Русский земледельческий календарь).

ОТЕТЬ — домовой дух, крайняя степень лени.

П
ПЛАНЕТНИКИ — мифические существа, пребывающие в дождевых и градовых тучах, управляющие движением туч, осадками, ветром, погодой. В них превращаются дети, умершие некрещенными, скинутые или присланные матерью, отравленные или умерщвленные; утопленники, висельники и др. нечистые покойники, дети богинок и стригоней (упырей).
Планетниками могли становиться также двоедушники, которые во время грозы, бури переносились на небо. Иногда планетники спадали на землю с туч вместе с ливнем или сходили на землю, чтобы поправить оборвавшуюся веревку.
Планетник мог опуститься на границу сел, шел к ближайшему селу и просил у первого встречного молока от черной коровы и яйца от черной курицы, а затем возвращался на границу и оттуда вместе с туманом возносился на свою тучу.
Планетники бывали дружественны по отношению к встречным людям, предупреждали их о буре и граде. Считается, что планетники питаются в облаках мукой, которую люди бросают на ветер или в огонь, чтобы защититься от града.
Планетниками могли называть и обыкновенных людей, умевших предсказывать погоду и отгонять тучи от своего села (с помощью острых железных орудий, особой палки, которой разнимали лягушку и ужа, специального заговора-молитвы и т.п.).

ПЛАЧ ДОМОВЫХ. Ночь стоит тихая и спокойная, деревня спит крепким сном. А на околице собрались Домовые и плачут.
Что же за горе они оплакивают? Почему им не спиться?
Потому что в небе им явилось видение – убитый или раненый воин. А воины, как известно, гибнут на войне. А война, в свою очередь, такая беда, которую домовые, даже если все соберутся и будут очень стараться, отвести не смогут, так как война совершается по глупости людской.
Поэтому Домовые искренне оплакивают участь своих любимых хозяев.
Издревле существует поверье: если человек услышит ночью плач Домового, то это верная примета того, что дому грозит опасность.
А как гласит пословица: «Предупреждён, значит вооружён»...
Мы и по сей день призываем светлого, дружелюбного Духа, который отводит напасти: говорим «Чур меня!», «Чур, моё!».
Не удивляйтесь, Чур – это одно из имен домашнего Божества, хранителя пылающего очага Сварожича. Ведь именно огонь, душевный и физический, дарует людям тепло, свет, уют и благость, является главным хранителем родового достояния, семейного счастья.
Огонь почитался старейшим праотцом (Чур-Щур-Пращур), помогающим во всех начинаниях, незримо присутствующим с нами, потомками.
СКАЗКА
Однажды маленький Чуйко проснулся от того, что послышался ему чей-то тоненький плач. Вскинул голову - нет, тихо в избе, даже младшая сестренка крепко спит. И родители спят. И дед с бабкою. Кто же плачет?
Сунул Чуйко голову под подушку - нет, все равно не уснуть: плач мешает.
Разливается он уже на много голосов, да с приговором, с причетом!
А может, это на дворе кто-то плачет? Калика перехожий милости просит?
Не выдержал Чуйко, сполз с печки и осторожно, крадучись, выбрался на крылечко.
Пусто во дворе, в небе луна светит. А плач доносится из-за околицы.
Ступил Чуйко босыми ногами в росистую траву и, поеживаясь да подпрыгивая, ринулся со двора. Добежал до околицы - да так и обмер.
Луна высоко поднялась, светло стало, почти как днем, и в этом свете увидал Чуйко каких-то низеньких человечков, которые стояли вдоль околицы и горько плакали на разные голоса.
Кто-то из них был похож на крепенького мужичка, кто-то казался старше Чуйкова прадеда.
Но все они были одеты по-крестьянски, в рубахи да лапотки.
Утирая слезы кулаками, глядели они на небо, и когда Чуйко поднял глаза, он так и обмер, потому что увидал...
Увидел он огромного, в полнеба высотой, всадника на белом коне. Лицо всадника было искажено мученической мукою, потому что его пронзила стрела. Он понукал усталого коня, пытаясь уйти от погони, но она близилась с каждым мгновением, и вот уже Чуйко увидел меховые шапки степняков, разглядел их низкорослых, мохноногих и резвых коней, увидел длинные копья в руках ордынцев. А еще он узнал умирающего всадника. Это был Воля, его отец!
Закричал Чуйко и грянулся оземь без памяти. Рано утром нашла его матушка, которая встала подоить корову да хватилась сына. Кое-как привели мальчишку в сознание.
Сначала он только плакал, ни слова сказать не мог, но выпил парного молочка, поуспокоился - и поведал о ночном видении.
К тому времени вокруг полдеревни собралось, и взрослые, выслушав его, молча переглянулись.
Они сразу поняли, что видел Чуйко домовых, слышал их причитания.
Известно - если домовой плачет ночью, это всегда предвещает беду, а может быть, и смерть хозяина. Что же вещует плач всех деревенских домовушек?
И что заставило их, домоседов-доможилов, покинуть свои избы и выйти к околице, рыдать там, словно на пепелище? Уж не грозит ли беда всей деревне?
- Парнишка видел степняков - не их ли надобно опасаться? - сказал Воля, Чуйков отец.
- Сон это и бредни глупые, - зевнул пастух Мушка. - Гоните коровушек в стадо, полно время терять.
- Глупец тот, кто не чтит старых примет и не внемлет разумным советам, - сурово ответил Воля. - Если уж духи жилищ наших возрыдали - не миновать беды. Изготовимся к обороне, односельчане, чтоб не встретить врага с разинутым ртом.
Многие его охотно послушались, многие ворчали и строптивились, однако в конце концов все взялись оружие чистить и боевой припас готовить. На ночь вдоль всей околицы караулы встали... и что же? Напали-таки степняки на деревню!
Только ждали они найти сонных, безоружных людей, а наткнулись на стрелы да копья, да рогатины. Завязался тяжелый бой, длился он целые сутки.
Ушли степняки с большим уроном, ну, а село удалось отстоять. Воля был ранен стрелою в плечо, но не до смерти.
Стойко терпя боль, улыбнулся перепуганному сыну:
- Это все пустое. Нет на свете воина, кто хоть раз не был ранен. Но когда бы не услышал ты плач домовых, все могло быть куда хуже!

ПОДМЕНЫШ — иногда вместо похищенного дитя мары подкладывают своего ребенка. Такой подменыш отличается злым характером: он коварен, дик, необыкновенно силен, прожорлив и криклив, радуется всякой беде, не произносит ни слова — пока не будет вынужден к тому какою-либо угрозою или хитростью, и тогда голос его звучит как у старика.
Где он поселяется, тому дому приносит несчастья: скот заболевает, жилье ветшает и разваливается, предприятия не удаются. Он имеет склонность к музыке, что обнаруживается и быстрыми успехами его в этом искусстве, и чудесною силою его игры: когда он играет на каком-нибудь инструменте, то все — и люди, и животные, и даже неодушевленные вещи предаются неудержимой пляске.
Чтобы узнать, действительно ли ребенок подменен, надо развести огонь и кипятить воду в яичной скорлупе, тогда подменыш восклицает: «Я стар, как древний лес, а не видал еще, чтобы варили в скорлупе яйца!» — и вслед затем исчезает.

ПОЛЕВОЙ — дух, приставленный охранять хлебные поля. Внешний облик полевика в народной мифологии смутен.
В некоторых местах представляется в виде уродливого, маленького человечка. Относительно доброго, но проказливого нрава, полевик имеет много общего с домовым, но по характеру самих проказ он напоминает лешего: так же сбивает с дороги, заводит в болото и в особенности потешается над пьяными пахарями.
У полевиков в отличие от прочей нечисти, любимое время — полдень. Как все нечистые духи, полевики — взяточники, гордецы и капризники.
«Другой старичок — процвел в безбрежной степи посреди ковыля, где и журавли, и драхвы с головами хоронятся и верховного латника с копьем вместе не видно: там закопал себя старичок в землю по пояс и терпит, как его гложет сыпучий червь, а сам кушает только козявочек, которые сами ему в рот ползут; и этот пустынник называется старик Полевик, а веку ему пятьсот годов» (Н.С. Лесков. «Час воли божьей»).

ПОЛЕВОЙ ДЕД (полевик, гречуха, жыцень) — житный дух; в летнюю половину года обитает на нивах.
Когда хлеб поспеет и поселяне начинают жать или косить его, полевик бежит от взмахов серпа и косы и прячется в тех колосьях, которые еще остаются на корню; вместе с последне-срезанными колосьями он попадается в руки жнеца и в последнем дожиночном снопу приносится на гумно или в дом земледельца.
Этот сноп наряжают куклою и ставят его на почетном месте, под образами. Верят, что пребывание ее в доме приносит хозяину, его семье и житницам божье благословенье.

ПОЛИСУН (Лисун, Лисовик) — властелин лесов, которого народная фантазия изображает мохнатым и с козлиными ногами.
Тождествен волчьему пастырю.

ПОПУТНИК — дух, способствующий человеческим делам, их успеху.

ПРИВИДЕНИЕ (призрак) — душа умершего или отсутствующего существа. Обычное место обитания — в заброшенных домах и на кладбищах или в лесу, рядом с охраняемым кладом.
Может прийти в дом к человеку и требовать от него каких-либо услуг. Привидение прозрачно, оно не отбрасывает тени. Единственная возможность спастись от него — бежать без оглядки, если обернешься — умрешь.

ПРОКУДЫ — одно из прозваний домовых духов; плуты, неслухи, проказники.

ПУЩЕВИК — лесной дух, живущий в непроходимой пуще.
«Всякое движение здесь, кажется, замерло; всякий крик пугает, до дрожи и мурашек в теле. Колеблемые ветром древесные стволы трутся один о другой и скрипят с такой силой, что вызывают у наблюдателя острую ноющую боль под сердцем. Здесь чувство тягостного одиночества и непобедимого ужаса постигает всякого, какие бы усилия он над собой ни делал. Здесь всякий ужасается своего ничтожества и бессилия» (С.В. Максимов. «Нечистая, неведомая и крестная сила»).

Р

РЖАНИЦА — дух, живущий на полосах ржи. Все растительное царство представлялось древнему человеку воплощением стихийных духов, которые, соединяя свое бытие с деревьями, кустарниками и травами (облекаясь в их зеленые одежды), чрез то самое получали характер лесных, полевых или житных гениев.
Ржаницы устраивают прожины — дорожки во ржи в небольшой вершок шириной, по которым все колосья срезаны.

С

САРАЙНИК — дворовый дух, местом жительства которого является сарай.
Точно также, как и другие дворовые духи: Овинник, Клетник, Огуменник, Хлевник, Сарайник то мироволит, то, без всяких видимых поводов, начинает проказить, дурачить, причиняя постоянные беспокойства, явные убытки в хозяйстве. В таких случаях применяют решительные меры и, вместо ласки и угождении, вступают с ним в открытую борьбу.

СМЕРТЬ — мифическое существо; русские памятники (старинные рукописи, стенная живопись и лубочные картины) изображают Смерть или страшилищем, соединяющим в себе подобия человеческое и звериное, или сухим, костлявым человеческим скелетом с оскаленными зубами и провалившимся носом, потому народ и называет ее курносою.
Смерть признавалась нечистою, злою силою, оттого и в языке, и в поверьях она сближается с понятием мрака (ночи) и холода (зимы).
«...Вдруг повстречалась с ним старуха, такая худая да страшная, несет полную котомочку ножей, да пил, да разных топориков, а косой подпирается... Смерть (это была она) и говорит: «Я послана господом взять у тебя душу!» (сб. Е.В. Барсова. «Солдат и Смерть»).

CПЕХИ И СПОРЫНЬИ — духи, споспешествуюшие человеческим делам.

СПРЫЙЯ (Прытка) — дух прыткости, сноровки, который рождается вместе с человеком и умирает вместе с ним, или же переходит к другому. Каков дух у того или иного человека — так он и в жизни успевает.
Этот дух помогает, выручает. Если же спрыйя переходит к другому человеку — это видно, говорят «к нему пришла вторая молодость».

СТРАХ (Рах) — мифологический персонаж, упоминаемый в русских заговорах, воплощение огненного ветра — суховея.
Ветры издревле олицетворялись как существа самобытные. На лубочных картинах ветр и «дух бурен » изображаются в виде окрыленных человеческих голов, дующих из облаков.
По народному поверью, зимние вьюги бывают от того, что нечистые духи; бегая по полям, дуют в кулак.

Страшник — домовые духи, производящие по ночам возню и стук, они показываются то легкими, воздушными привидениями, то принимают вид различных животных.

Х

ХАПУН (хлоптун, хватун, похититель) — неведомое и невидимое существо, персонаж мифологии западных славян.
Если пропадает где-нибудь человек — то это дело невидимого похитителя. Куда тот его уносит и что с ним делает — это никому не известно.
Предполагается, что может он являться в виде бродяги, нищего, солдата; «Лейка, не нашед своего мужа в шинке и не докликавшись его по двору, всплеснула руками, взвыла и закричала, что унес его Хапун, явившийся в виде солдата» (О.М. Сомов. «Сказки о кладах»).

ХЛЕВНИК — дворовый дух, живущий в хлеву. Называется так по месту обитания. В хлеву он хозяйствует и проказит.
Является также помощником домового, как и другие дворовые духи: Сарайник, Банник, Овинник.

ХОВАЛА (ховало) — дух с двенадцатью глазами, которые, когда он идет по деревне, освещают ее подобно зареву пожара.
Олицетворение многоочитой молнии, которой дано имя Ховалы (от «ховать» — прятать, хоронить), потому что она прячется в темной туче; припомним, что тождественный этому духу Вий носит на своих всё пожигающих очах повязку. Ховала любит жить там, где зарыт клад с сокровищами.
«Поднялся Ховала из теплой риги, поднял тяжелые веки и, ныряя в тяжелых склоненных колосьях, засветил свои двенадцать каменных глаз, и полыхал. И полыхал Ховала, раскаляя душное небо. Казалось, там — пожар, там разломится небо на части и покончится белый свет» (А.М. Ремизов. «К Морю-Океану»).

ХУДОЙ — злой бес.

Ч

ЧЁРТ (хитник, мерек, стрел, ляд, шатун, костодер, кожедер, Хромой, Антипа беспятая) — злой дух, нежить, чья цель пребывания на земле — смущать человеческий род соблазном и завлекать лукавством; причем люди искушаются по прямому предписанию самого князя тьмы или сатаны.
Изображаются черными, мохнатыми и в шерсти, с двумя рогами на макушке головы и длинным хвостом. Некоторые уверяют, что черти — востроголовые, как птицы сычи, а многие уверены, что эти духи непременно хромые. Они сломали себе ноги еще до сотворения человека, во время сокрушительного падения всего сонма бесов с неба.
Самое любимое занятие у чертей — это игра в карты и кости. Черти либо проказят, прибегая к различным шуткам, которые у них, сообразно их природе, бывают всегда злы, либо наносят прямое зло в различных формах и, между прочим, в виде болезней.
Для облегчения своей деятельности они одарены способностью превращений. Чаще всего принимают образ черной кошки, черной собаки.
Остальные превращения идут в последовательном порядке: свинья, лошадь, змея, волк, заяц, белка, мышь, лягушка, рыба (предпочтительно щука), сорока.
Не дерзают однако превращаться в корову, петуха, голубя и осла.
В областных наречиях черт называется хитником, о нем рассказывают, что он ворует все, что кладут без благословения. Есть много рассказов, в которых хранение золота приписывается чертям.
В народных сказках черт нередко является искусным кузнецом, с чем гармонируют и его черный вид, и его пребывание в покрытых сажею и горящих адским пламенем пещерах".

ЧЕРТОВКИ — бесы женского пола, по характеру совпадают с облачными, водяными и лесными женами и девами.

ЧЁРТОВ КОНЬ — сом, на котором обыкновенно ездит водяник; в некоторых местностях рыбу эту не советуют употреблять в пищу.
Пойманного сома не следует бранить, чтобы не услыхал водяной и не вздумал отомстить за него.

Ш

ШЕРСТНАТЫЙ — ночной демон.
Можно предположить, что шерстнатым называют домового. В народе верят, что домовой весь оброс густой шерстью и мягким пушком; даже ладони и подошвы у него в волосах, только лицо около глаз и носа — голое.
Ладонью шерстнатый гладит по ночам сонных, и те чувствуют, как шерстит его рука. Если он гладит мягкою и теплою рукою — это предвещает счастье, а если холодною и щетинистою — быть худу.

ШИШ — домовой, бес, нечистая сила, живущая обычно в овинах.
Играет Шиш свадьбы свои в то время, когда на проезжих дорогах вихри поднимают пыль столбом. Это те самые Шиши, которые смущают православных.
К Шишам посылают в гневе докучных и неприятных людей. Наконец, «хмельные шиши» бывают у людей, допившихся до белой горячки (до чертиков).
Имя Шиша пристегивается также ко всякому переносчику вестей и наушнику в старинном смысле слова, когда «шиши» были лазутчиками и соглядатаями, и когда «для шишиморства» (как писали в актах) давались, сверх окладов, поместья за услуги, оказанные шпионством.
«Шиш отроду голой, у его двор полой, скота не было, и запирать некого... Именья у Шиша — штей деревянный горшок, да с табаком свиной рожок. Были липовых два котла, да сгорели дотла» (Б.Шергин. «Шишовы напасти»).

ШИШИГА (Шишиган) — домовой, злой дух и праздношатающийся человек, шатун.
Умные хозяйки ставят у печки с вечера тарелочку с хлебом и стакан молока — таким образом можно умилостивить шишиг.
В некоторых местах под шишигами понимают маленьких беспокойных духов, которые норовят подвернуться под руку, когда человек делает что-нибудь в спешке.
«...Закроет тебя шишига хвостом, и ты пропадешь и, сколько ни ищи, не найдут тебя, да и сам себя не найдешь...» (А.М. Ремизов. «Неуемный бубен»).

ШИШКО — нечистый дух.

ШУЛИКУНЫ (шиликуны, шулюкуны, шликуны) — сезонные демоны. Шуликуны, связанные со стихией воды и огня, появляются в Сочельник из трубы (иногда на Игнатьев день) и уходят назад под воду на Крещенье.
Бегают по улицам, часто с горячими углями на железной сковородке или железным крюком в руках, которым они могут захватить людей («закрючить и сжечь»), либо ездят на конях, на тройках, на ступах или «каленых» печах.
Ростом они нередко с кулачок, иногда побольше, могут иметь конские ноги и заостренную голову, изо рта у них пылает огонь, носят белые самотканые кафтаны с кушаками и остроконечные шапки.
Шуликуны на Святки толкутся на перекрестках дорог или около прорубей, встречаются и в лесу, дразнят пьяных, кружат их и толкают в грязь, не причиняя при этом большого вреда, но могут заманить в прорубь и утопить в реке.
Кое-где шуликуны носили в клеть прялку с куделью и веретеном, чтобы те напряли шелку. Шуликуны способны утащить кудельку у ленивых прядильщиц, подкараулить и унести все, что положено без благословения, забраться в дома и амбары и незаметно извести или своровать припасы.
По вологодским представлениям, шуликунами становятся проклятые или погубленные матерями младенцы.
Живут они нередко в заброшенных и пустых сараях, всегда артелями, но могут забраться и в избу (если хозяйка не оградится крестом из хлеба), и тогда их выгнать трудно.
На русском Севере шуликуны — название святочных ряженых.

 

Фазы Луны на RedDay.ru (Москва)
Языческие праздники
Праздники славян